Назад к списку

Александр Григорьевич

Эта история не похожа на остальные. Совсем другой возраст, за плечами многолетний опыт. Дети, внуки, правнуки. 

Неизменно одно — мечта. Рассказываем немного о жизни Александра Григорьевича Маринина.

Уютный дом с садом, а у забора большая красивая лиственница — к 71 году у Александра Григорьевича всё по канонам: дом, дерево, дети. Более того, есть уже и правнук.Александр Григорьевич встаёт в 5:20 утра, дольше спать не может — иначе бессонница будет мучать.

— Делаю часовую зарядку, — продолжает герой, — восстанавливаюсь после инсульта. Помогает. Потом делаю работу по дому, по огороду дел немерено. Сад у нас вроде не такой большой, а скорость-то, оказывается, уменьшается. Я думал, что выйду на пенсию, времени будет вагон. А оказалось, чем дольше живёшь, тем меньше скорость. После обеда уже отдыхаю. Иначе если буду работать дольше, ночью спать не смогу потом. 

Детство Александра Григорьевича — послевоенное. Поэтому и игры соответствующие:

— У нас рядом были две свалки с боеприпасами. Там чего только не было, — рассказывает Александр Григорьевич, — и бомбы разные. Помню, был там пулемет Дегтярёва — тарелка круглая такая, там много-много патронов. В костёр ещё бросаешь, и она как начинает трещать только, ветки сыпятся.

— И ни капли страха не было?

— Нет, конечно. Чего нам бояться было, мы же детьми были. Мы и ракеты пускали. А ракетницы-то нет, вот мы и делали как патрон. Вынимаешь фосфор, на доску, поджигаешь и потом «бах!». Прыгает, как патрон.

Но это не единственная забава, которая была в детстве героя:

— У нас было любимое занятие. У всех пацанов. Садились мы на поезд, а там ходили кондукторы. Вот мы от них скрывались. На крыше. Там первый или последний вагон был московский, и его отцепляли на станциях иногда. И запирали. Мы там были, а кондукторы об этом знали. Так мы через форточку в туалете и лезли на крышу поезда, который уже едет. Отчаянные были ребята.

Александр Григорьевич хотел стать лётчиком, но в армию пойти не получилось: он с детства не слышит на одно ухо.

За всю «строительную» жизнь руками Александра Григорьевича было построено множество очистных и гидротехнических сооружений не только в Казани, но и в Монголии, в Мурманске. Как он говорит: «У меня как будто цыганская душа: я решил стать таким специалистом, которому везде будет работа». Так и было: куда бы он ни пришёл, дело всегда находилось, потому что таких специалистов было мало. Он ни о чём не жалеет и принимает свою жизнь с радостью и спокойствием.

Рядом с домом Александра Григорьевича старинная церковь, которая, как говорят, была построена ещё во времена правления Екатерины II. Он приходит туда за силой и умиротворением. И мечтает оказаться в по-настоящему святом месте — в Троице-Сергиевой лавре. Героя всегда тянуло к святыне, к месту, где хранятся мощи Сергия Радонежского, но на настоящий момент посетить святые места так и не удалось. Александр Григорьевич верит, что однажды это обязательно произойдёт.

Сейчас Александра Григорьевича поддерживает жена. Они познакомились на стройке. Тогда, как он говорит, браки были «по специальности», потому что много времени проводили на работе, да и интересы были схожие.

— Что вас привлекло в будущей избраннице, Александр Григорьевич?

— Спросите чего-нибудь полегче, — отвечает и переглядывается с супругой.

— А вам, Нурия Ахатовна, что понравилось в будущем муже?

— Он играл на гитаре и пел хорошо. Хулиганом был. А девушкам всегда нравятся хулиганы. Примерно одно и то же у всех. Правда, сейчас я думаю, что настоящая любовь — это что-то более высокое. На земле мы привязываемся, уважаем и доверяем. А так, идеальная любовь — такая только в песнях бывает.

Душа в душу вот уже много лет они живут, они смеются друг с другом, когда это уместно, разделяют все радости и невзгоды, вспоминают молодость и говорят о том, что «в молодости было интереснее». Сам Александр Григорьевич в свободное время любит смотреть волейбол, «потому что если бы работал, то не мог бы смотреть, а тут хоть плюсы есть от того, что на пенсии уже». Он не перестаёт верить в чудо и исполнение желаний. Но, возможно, не догадывается, что мечтам свойственно сбываться.